Последняя колониальная империя

Несмотря на маленькие территориальные размеры и небольшую численность населения, к 1970-м годам Португалия, причисляемая в тот период к наиболее отсталым в социально-экономическом отношении странам Европы, оказалась последней колониальной империей.
Именно португальцы до последнего старались удержать под своей властью обширные колониальные земли в Африке, хотя на тот период и Великобритания, и Франция – то есть, гораздо более могущественные в военно-политическом и экономическом плане государства, отказались от колоний и предоставили большинству своих заморских территорий независимость. Секрет поведения португальской власти был не только в том, что у власти в стране до середины 1970-х гг. находился праворадикальный режим Салазара, в советской печати называвшийся не иначе как фашистским, но и в том особом значении, которое заморские колонии традиционно имели для португальской государственности.

История Португальской колониальной империи восходит к эпохе Великих географических открытий, когда фактически вся территория земного шара была поделена с согласия Римского престола между испанской и португальской коронами. Маленькая Португалия, для которой территориальное расширение на восток было невозможно – страну с суши окружала куда более сильная Испания, — видела морскую территориальную экспансию единственным средством укрепления экономической мощи страны и расширения жизненного пространства для португальской нации. В результате морских экспедиций португальских путешественников в сфере влияния португальской короны оказались достаточно обширные и стратегически важные территории практически на всех континентах. Во многом заслуги создания Португальской колониальной империи принадлежат инфанту (принцу) Энрике, вошедшему в историю как Генрих Мореплаватель. По инициативе этого незаурядного человека снаряжались многочисленные морские экспедиции, расширялось португальское торговое и военное присутствие на африканском побережье, вошла в активную фазу торговля африканскими рабами, захватываемыми на побережье Западной Африки.

Многочисленные военно-политические перипетии португальской истории в XVI-XIX веках обусловили постепенную потерю Лиссабоном значительной части своих заморских владений. Многие колонии были отвоеваны более сильными голландцами, а затем – англичанами и французами. И, тем не менее, за некоторые территории португальская корона держалась особенно крепко. Это были Бразилия – богатейшая заморская территория португальского государства, африканские колонии Ангола и Мозамбик. После провозглашения независимости Бразилии в составе Португальской колониальной империи остались следующие территории: Ангола, Мозамбик, Португальская Гвинея, Сан-Томе и Принсипи, Острова Зеленого Мыса – в Африке, Восточный Тимор, Гоа, Макао (Аомынь) – в Азии. Однако и этих земель Португалия лишаться не собиралась. Тем более, что в отличие от Англии или Франции, в Португалии была выработана собственная оригинальная модель управления колониальными территориями.

Еще по теме:  Отдых в Батуми - 10 за и 10 против

В конце XIX – начале ХХ вв. португальским вооруженным силам пришлось участвовать в нескольких вооруженных конфликтах на территории Африканского континента. Помимо собственно подавления восстаний туземных племен, португальские колониальные войска участвовали в Первой мировой войне на стороне Антанты. Так, в 1916-1918 гг. боевые действия против немецких колониальных войск велись на территории Мозамбика, куда со стороны Германской Восточной Африки (Танзания) пытались проникнуть немецкие войска.

Режимом Салазара была принята на вооружение выработанная бразильским социологом Жилберто Фрейре концепция «лузотропикализма». Ее суть состояла в том, что Португалия как наиболее старая колониальная держава, к тому же имеющая очень продолжительный опыт контактов с инокультурными общностями, начиная с мавров, владычествовавших на Пиренейском полуострове в Раннем Средневековье и заканчивая африканскими и индейскими племенами, является носителем уникальной модели взаимодействия с туземным населением. Эта модель заключается в более гуманном отношении к туземцам, склонности к метисации, формировании единой культурной и лингвистической общности на основе португальского языка и культуры. В известной степени эта концепция действительно имела право на существование, поскольку португальцы в большей степени контактировали с африканским и афроамериканским населением своих колоний, чем англичане или французы. В годы правления Салазара все жители португальских колоний считались гражданами Португалии – то есть, каким бы Салазар не считался «фашистом», его колониальная политика отличалась большей мягкостью даже по сравнению с тем же Лондоном или «просвещенным» Парижем.

Еще по теме:  10 причин продавать Кока-Колу в отделе хозтоваров

Тем не менее, именно в африканских колониях Португалии в 1960-е – 1970-е гг. развернулась наиболее ожесточенная борьба за независимость, принявшая характер затяжных и кровопролитных войн, в которых португальским колониальным войскам противостояли местные национально-освободительные движения, большая часть которых поддерживалась Советским Союзом и другими странами «социалистической ориентации». Португальский режим, стремясь всеми силами сохранить колониальное господство в Африке, был убежден, что потеря заморских территорий подорвет национальный суверенитет Португалии, поскольку сведет к минимуму ее территориальную площадь и численность населения, оторвет от нее значительные людские ресурсы африканских колоний, потенциально рассматриваемые как мобилизационный военный и трудовой контингент.

Само появление национально-освободительных движений в португальских колониях во многом явилось следствием политики «лузотропикализма», пропагандируемой португальскими властями. Представители африканской племенной знати отправлялись на обучение в университеты метрополии, где наряду с гуманитарными и естественными науками постигали и современные политические теории, убеждаясь в необходимости борьбы за независимость своих родных земель. Естественно, что португальская колониальная модель по мере усвоения ими марксизма и других направлений социалистической мысли, не могла уже восприниматься иначе как жесткая и эксплуататорская, направленная на «выжимание всех соков» из колониальных владений.
Лидер борьбы за независимость Анголы поэт Агостиньо Нето с 1947 года (с 25 лет) жил в Португалии, был даже женат на португалке, учился в Лиссабонском университете. И даже после того, как он в начале 1950-х годов стал активным участником борьбы за независимость Анголы, ему дали получить медицинское образование в прославленном университете Коимбры и спокойно вернуться в родную Анголу.

Еще по теме:  Удивительные крысы

Лидер национально-освободительного движения Гвинеи-Бисау и Кабо-Верде Амилкар Кабрал также учился в Лиссабоне, где получил агрономическое образование. Сын плантатора, Амилкар Кабрал относился к привилегированной прослойке населения колоний. Это объяснялось тем, что креольское население Островов Зеленого Мыса, как тогда называлась Кабо-Верде, было в наибольшей степени интегрировано в португальское общество, говорило только на португальском языке, фактически потеряло свою племенную идентичность. Тем не менее, именно креолы и возглавили национально-освободительное движение, трансформировавшееся в Африканскую партию независимости Гвинеи и Островов Зеленого Мыса (ПАИГК).

Мозамбикским национально-освободительным движением также руководили представители местной интеллигенции, получившие образование за рубежом. Марселину душ Сантуш – поэт и один из лидеров мозамбикской ФРЕЛИМО, учился в Лиссабонском университете, другой мозамбикский лидер Эдуарду Мондлане вообще умудрился защитить докторскую диссертацию по социологии в штате Иллинойс в США. В США учился и первый президент Мозамбика маршал Самора Машел, который, правда, впоследствии, завершал образование уже в военных лагерях по подготовке повстанцев на территории Алжира.

Национально-освободительное движение в португальских колониях, инициированное представителями туземной интеллигенции, взращенной в Лиссабонском университете, получило активную поддержку со стороны заинтересованных соседних суверенных государств Африки, Советского Союза, Кубы, КНР и некоторых других социалистических стран. Более молодые лидеры повстанческих движений учились уже не в Лиссабоне, а в Советском Союзе, Китае, Гвинее. В результате их деятельности 20 лет на территории португальских колоний в Африке велась кровопролитная война, приведшая к смерти десятков тысяч людей всех национальностей – и португальцев, и креолов, и африканцев.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.