.

~~ История непредвзято.VKурсе историИ ~~
8 апр 2017 в 6:48

Арктическая эпопея России

Российский ледокольный флот сегодня по числу мощных ледоколов превосходит все остальные полярные страны, вместе взятые. Надымский газопроводный узел признаётся самым критически важным газовым сооружением в мире… Недалеко от Надыма – остатки Мангазеи. «Улыбка истории» в том, что в наши дни главный «валютный цех» России там же, где был в XVII веке. Арктика – по-прежнему «архимедов рычаг» России и её чековая книжка.

Герои Севера

Взглянем на карту. Своим главным фасадом наша страна обращена к Северному Ледовитому океану, на её долю приходится самая большая часть Арктики. Россия внесла и самый выдающийся вклад в освоение пространств нашей планеты внутри Северного Полярного круга.

Обживание Арктики ещё до появления межгосударственных границ веками шло стихийно и было делом рук местных жителей — ненцев, якутов, эвенков, эскимосов, чукчей, русских поморов, лапландцев, норвежцев, исландцев. Дело не ограничивалось побережьями: археологи установили, что уже к середине XVI века на Груманте (Шпицбергене) существовали поселения поморов.

Дело постепенно приобретало организованные формы. Опорными точками русского продвижения на Север были монастыри; в 1499 году воевода Курбский закладывает Пустозёрск, первый из заполярных городов России (почти два века спустя здесь оборвалась жизнь протопопа Аввакума). В 1584 году на пороге Арктики возникает порт Архангельск (на месте основанного 170 годами ранее Михайло-Архангельского монастыря), а за Уралом, прямо на Полярном круге, — центр пушного промысла Мангазея.

Этот период освоения приполярных областей европейцами называют «героическим». Открытия западных первопроходцев той поры (Кабота, Баренца, Баффина, Гудзона) были примерно равноценны открытиям их русских современников (Пянды, Москвитина, Дежнёва, Стадухина). Но уже в XVIII веке Россия явно вырывается вперед.

Стратегическое чутье царицы Анны, племянницы Петра I, подсказало ей одобрить проект Великой Северной экспедиции (1733–42), расходы на которую на протяжении ряда лет составляли ощутимую часть бюджета Российской империи. Восемь отрядов Великой Северной экспедиции обследовали наши северные и тихоокеанские побережья от устья Северной Двины до устья Амура, решая не только научные, но и военно-геополитические задачи. По числу участников (3 тысячи человек) и размаху работ эта экспедиция вплоть до XX века оставалась крупнейшей в мировой истории. В её ходе стало ясно: на Севере не обойтись без судов, способных преодолевать льды.

Но прошёл ещё век с лишним, прежде чем Михаил Бритнев построил в Кронштадте первый ледокол с обводами корпуса, близкими к современным, взяв за образец судно поморов – коч. Позже изобретатель продал чертежи немцам, чем было положено начало ледоколостроению на Западе. Но только вице-адмирал Степан Макаров создал ледокол для длительных переходов во льдах вдали от берегов: в 1897 году в Англии был спущен на воду цельностальной «Ермак», построенный по замыслу Макарова и под его наблюдением.

К этому времени уже весь просвещённый мир бредил Севером, у всех на устах были имена Норденшельда, Пайера, Пири, Амундсена, не утихали споры: кто раньше достигнет полюса. Стало казаться, что Россия отстаёт. Но если она и отставала, то в спортивной составляющей, не в практической: Русанов на практике доказывал, что Северный Морской путь должен огибать Новую Землю с севера, а не с юга; Сибиряков проложил тракт через Приполярный Урал от Печоры к Оби; Толль отправился на поиски Земли Санникова и Арктиды, чтобы прирастить российские владения; экспедиция на ледоколах «Таймыр» и «Вайгач», прошедшая в 1914–15 гг. Северным Морским путём с востока на запад, была в первую очередь научно-гидрографической; Вилькицкий водрузил русский флаг на открытом им архипелаге Северная Земля; лётчик Нагурский не побивал рекорды, а искал пропавшую экспедицию Седова. И так далее.

Еще по теме:  Фотограф находит и подчёркивает абстрактную красоту в распадающихся архитектурны...

Не дремало и государство. Российская империя договорилась с Норвегией о совместном владении Шпицбергеном, казна начала финансировать обустройство Севморпути (базы, склады, маяки, навигационные знаки, радиостанции, картографирование, причалы), МИД объявил о суверенитете России над её арктическим сектором. И главное: к ноябрю 1916 года в рекордные сроки был введён в строй порт Романов-на-Мурмане, ныне – крупнейший заполярный город планеты Мурманск, и закончена прокладка самой северной в мире железной дороги к нему длиной 1053 км.

1917 год и последующие события привели российскую Арктику в запустение. Урон, нанесенный ей революцией и Гражданской войной, был неисчислим. Самый удобный залив Кольского берега, Печенгу, большевики отдали финнам, не имевшим на неё никаких исторических прав (в 1944 году ошибка была исправлена). Норвегия единолично завладела Шпицбергеном. Русский полярный сектор нарушал, кто хотел. Остров Врангеля на время захватили канадцы. Многие суда (в том числе лучшие ледоколы «Русанов», «Седов», «Дежнёв», «Святогор», «Соловей Будимирович», «Микула Селянинович», «Александр Невский», «Надёжный», «Волынец») были уведены за границу. Что-то позже удалось вернуть, но не всё.

Советский бросок в Арктику

Однако потенциал развития, накопленный на предшествующем этапе, был так велик, что во второй половине 20-х освоение Севера возобновилось. В 1928 году началась эпоха великих ледовых эпопей: поиски (на ледоколе «Красин») итальянской экспедиции Нобиле, первое преодоление Северного Морского пути с запада на восток за одну навигацию (в 1932 году на ледоколе «Александр Сибиряков»), спасение челюскинцев, 812-дневный дрейф ледокола «Седов» и так далее. СССР первым стал применять для изучения Арктики дрейфующие станции на льдинах. Любой школьник знал имена героев-полярников: зимовщиков, лётчиков, учёных.

В качестве опорных точек Севморпути (СМП) создаётся цепь малых портов: Амдерма, Игарка, Дудинка, Диксон, Тикси, Хатанга, Певек, Мыс Шмидта. И очень вовремя: с началом войны СМП стал важнейшей морской магистралью страны. По нему шла проводка кораблей Тихоокеанского флота в Баренцево море, переброшен огромный объём грузов для военной промышленности и флота, доставлялась техника и продовольствие от союзников.

Арктические геологи совершили настоящий подвиг, открыв богатства Хибин, Воркуты, Таймыра, Колымы. Роль ресурсов Севера в победе над фашизмом и послевоенном развитии трудно переоценить. Север давал золото и олово, алюминий Кандалакши, апатиты Кировска, цинково-свинцовые руды Вайгача, никель Печенги, плавиковый шпат Амдермы.

Норильский комбинат в 1953 году – это 12 % меди, 30 % кобальта, 35 % никеля и 90 % платины СССР. С другой стороны, это 108 тысяч зэков и 12 тысяч охраны.

Еще по теме:  [id154879426|Кристина Александрова]

Ряд первооткрывателей (Рожков, Павлов, Зяблов, Полевой, Григорьев, Худяков и др.) были расстреляны, их коллеги Урванцев, Артемьев, Булмасов, Сливков, Федоровский, Розанов и сотни других годами гнили в лагерях. И если бы речь шла только о геологах! Индустриальное освоение Севера, такое нужное стране, обошлось в миллионы безжалостно и бездарно загубленных и сломанных жизней. Это был рекорд нерационального использования «человеческого материала».

После амнистий 1953–57 годов Север ощутил резкий дефицит рабочей силы, многие производства и проекты были остановлены. Самая известная из брошенных строек — рельсовый путь Чум – Салехард – Игарка вдоль Полярного круга, длиной в 1,5 тыс. км, прозванный в народе Мёртвой дорогой. Объект, стоивший шесть лет невероятного напряжения сил и множества людских потерь, был оставлен сразу после смерти Сталина. (В наши дни сопоставимые по протяжённости железные дороги в тех же местах — о них речь ниже — строятся несоизмеримо меньшими силами, много быстрее и без жертв.)

Середина 50-х ознаменовалась началом перехода к «бесконвойному» освоению Арктики. Закрытие части северных проектов совпало по времени с общемировыми процессами усложнения экономики. Эти процессы делали экстенсивный труд – не столько умением, сколько числом, а тем более труд подневольный, – окончательно невыгодным. В СССР к этому оказались мало готовы, и переучивание шло тяжко.

Тем не менее успехи СССР в освоении Севера вплоть до конца 80-х годов впечатляют. Этот период отмечен открытием и началом разработки месторождений якутских алмазов, строительством каскада самых северных в мире ГЭС на Кольском полуострове, Колымской ГЭС, заполярных атомных электростанций – Билибинской (единственной в мире на вечной мерзлоте) и Кольской. За Полярным кругом возникают новые города: Ковдор обязан своим рождением местным железным рудам, Заполярный – медно-никелевым, Лабытнанги – газоконденсатным месторождениям, этот список неполон.

Возобновились исследования на дрейфующих льдинах. Последняя советская дрейфующая полярная станция имела номер 31. С учетом смен – а число смен доходило до 9 – на этих станциях работало до 1991 года свыше ста экспедиций, не одна тысяча человек.

В 1959 году вступил в строй первый в мире атомный ледокол «Ленин», но ещё годом раньше вышла в море первая советская атомная подводная лодка «Ленинский комсомол». В 1962 году она дважды прошла подо льдами Северного Ледовитого океана через точку Северного полюса и всплыла в полынье возле него. Атомные субмарины для Северного флота строились в основном на Севере же, а именно – в Северодвинске, где их было введено в строй до 1991 года свыше ста – от тяжёлых ракетных подводных крейсеров стратегического назначения до атомных торпедных подводных лодок.

Советская Арктика была сильно милитаризирована, многие населённые пункты представляли из себя просто военные городки. В 1955–1990 годах на архипелаге Новая Земля было проведено 135 ядерных испытаний, включая взрыв (30 октября 1961 года) непревзойдённой по силе в истории человечества «Царь-бомбы» (она же «Кузькина мать») мощностью около 58 мегатонн, ядерный гриб от которой поднялся на высоту 67 километров.

17 августа 1977 года советский атомный ледокол «Арктика» стал первым в истории судном, достигшим Северного полюса в надводном плавании. В мае 1987 года это достижение повторил ледокол «Сибирь». Северный морской путь был активнее на своём западном отрезке, притом не только в короткие летние недели: развитие Норильского комбината требовало всесезонной грузовой связи с Мурманским портом; выгружать и транспортировать оборудование для буровиков болотистого Ямала тоже можно было лишь когда тундра скована стужей. Восточнее устья Енисея СМП обслуживал военные нужды, «северный завоз», стройки вроде Билибинской АЭС, горнодобывающую промышленность Чаун-Чукотки, но в полном смысле слова транзитным соединением Баренцева и Японского морей СМП по большому счёту не стал.

Еще по теме:  С добрым осенним утром и хорошим днём!

Рентабельность Севера

Арктика манила «длинным рублем». Отдав ей бóльшую часть трудовой жизни, человек мог заработать на кооперативную квартиру в одном из южных городов страны, вроде Ейска или Тирасполя, и на машину «Москвич» либо «Лада».

Какова была рентабельность нашего Севера? Возможно, с бухгалтерской точки зрения, все 500 лет российских усилий по его освоению были слишком затратны. То есть нерентабельны. Но есть высшая рентабельность, которую ощущает всякая нация, заслуживающее называться нацией.

На протяжении последних десятилетий своего существования СССР всё более втягивался в мировой рынок, и уходить от рыночных отношений даже внутри страны становилось всё труднее. Уйти от них не удалось бы при любом генсеке. Смена экономической формации назревала, и она произошла. СССР распался под тяжестью двух факторов: этой смены и свободы слова.

Территориальных потерь наш Север от этого распада не понёс; 90-е годы запомнились другими потерями. Прекращение гонки вооружений (отрадный сам по себе факт) привело к остановке ряда предприятий, частичная демилитаризация региона превратила ряд населённых пунктов в ненаселённые. Переход к рынку выявил неконкурентоспособность многих видов продукции, появились «депрессивные» поселки и города. Используя дыры в унаследованных от СССР законах, ловкие люди увели под иностранные флаги значительную часть рыболовного и грузового флота. Закрылось около половины метеостанций вдоль арктических берегов, резко сократились научные исследования. Население «северóв» потянулось на Большую Землю, оставляя тяжкое экологическое наследие.

Наша Арктика всё равно не могла развиваться по прежней модели, но переход к новой модели, вероятно, мог бы быть менее болезненным. Вместе с тем утверждение, будто сегодня в Арктике мы лишь проживаем остатки советских накоплений, не создавая ничего, давно устарело. Вот некоторые только из наиболее крупных свершений последних лет: самая северная в мире железная дорога Обская – Бованенково – Карская (протяженность 600 км), железные дороги от Нового Уренгоя через тундру до Ямбурга и до Надыма, Варандейский подводный терминал в Баренцевом море (в 22 км от берега), порт Сабетта, качественный рывок Норильского комбината, социальное развитие Чукотки. И так далее.

Возобновилось городское строительство, на вечной мерзлоте выросли настоящие произведения архитектуры, ничего подобного раньше в этих краях невозможно было даже вообразить. Появляются новые вахтовые поселки — но уже совершенно другого вида и обустроенности, чем прежде. Арктика становится «рентабельной» на фундаменте труда многих поколений, не думавших о рентабельности.

Статья полностью: http://russkiymir.ru/publications/222749/

#освоение_севера#север#русский_север#русская_арктика#приполярье#заполярье
#северный_морской_путь#россия#история

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.